Введите верный e-mail адрес
Подписаться
Вы успешно подписались на нашу рассылку

«‎Сами вы экстремисты!»: как беларусские де-факто власти нарушают «‎антиэкстремистское» законодательство и что говорит принцип недискриминации

Human Constanta
29 августа 2023 Года

«‎Антиэкстремистское» законодательство в Беларуси практически с начала своего существования превратилось в инструмент для преследования оппонент_ок власти и представитель_ниц гражданского общества. Оно обретает все более репрессивный характер после сфальсифицированных президентских выборов 2020 года и агрессии России против Украины.

Международное право не содержит единого определения термина «‎экстремизм» что позволяет различным политическим, особенно авторитарным силам злоупотреблять данным понятием в своих интересах. Провластные пропагандистские ресурсы и непосредственно правоохранительные органы «‎заклеймили» практически всех оппонент_ок власти «‎экстремистами», однако если подробнее изучить научные труды уже в рамках политической теории, можно сделать выводы, что «‎экстремистами» в Беларуси корректнее назвать скорее самих представитель_ниц режима.

Так, например, американский исследователь политических маргинальных движений Лэрд Уилкокс в одном из своих научных трудов определил 21 предполагаемую черту «политического экстремиста». Он проанализировал ряд специфических черт или моделей поведения, которые, как правило, представляют экстремистский «стиль».

Проанализировав данный труд несложно заметить, что среди описанных черт экстремистов, большинство из них характерны не для оппонент_ок власти, а, скорее, для самих представитель_ниц власти, например:

  • Обзывание и навешивание ярлыков – экстремисты часто прибегают к эпитетам (подрывник, разжигатель ненависти, фанатик), тем самым навешивая ярлыки и осуждая оппонент_ок, чтобы отвлечь внимание от их аргументов;
  • Склонность рассматривать своих противников как зло – для экстремиста противники занимают противоположные позиции, потому что они плохие люди, аморальные, нечестные, беспринципные, подлые, ненавистные, жестокие, а не только потому, что они просто не согласны с экстремистами;
  • Мышление о конечном дне – экстремисты часто предсказывают катастрофические последствия или ситуации (например, возрождение нацизма или начало войны) из-за отказа следовать определенному курсу и склонны проявлять своего рода «кризисное мышление»;
  • Защита некоторой степени цензуры или репрессий – экстремисты лоббируют законодательство, запрещающее говорить, писать, преподавать «подрывную» или запрещенную информацию или мнения, так как предпочли бы, чтобы люди слушали только их. Они чувствуют угрозу, когда кто-то возражает или оспаривает их взгляды;
  • Убеждение, что можно делать плохие дела в службе «‎доброго» дела – экстремисты могут намеренно порочить своих оппонент_ок и/или критиков, прибегать к цензуре или репрессиям, а также прибегать к насилию в «особых случаях». Победа над «врагом» становится всеобъемлющей целью, которой подчинены другие ценности;
  • Гиперчувствительность и бдительность – экстремисты улавливают враждебные инсинуации даже в повседневных комментариях; видят «скрытые» диверсии, извращения, нелояльность в невинных жестах и ​​двусмысленном поведении;
  • Экстремисты часто считают, что система не хороша, если они не побеждают – например, если они проигрывают выборы, значит, они были «сфальсифицированы»; если общественное мнение поворачивается против них, то это происходит из-за «промывания мозгов»; если их последователи разочаровываются, то это происходит из-за «саботажа».

Переходя в поле юридического анализа, можно также заметить, что сами представитель_ницы власти и их союзники регулярно нарушают созданное ими же «‎антиэкстремистское» законодательство, однако, в отличие от своих политических оппонент_ок, они никогда не сталкиваются с наказанием. Ниже мы рассмотрим ряд таких примеров.

Ситуация с размещением наемников ЧВК «‎Вагнера» на территории Беларуси

В примечании к статье 19 Закона «‎О гражданстве Республики Беларусь» закреплено, что под «‎участием в экстремистской деятельности или причинении тяжкого вреда интересам Республики Беларусь» следует понимать список преступлений по 55-ти соответствующим статьям Уголовного кодекса (УК).

Одна из таких статей – статья 133 УК («наемничество»), которая предусматривает ответственность в виде лишения свободы до 7-ми лет за ‎участие на территории иностранного государства в вооруженных конфликтах, лица, не входящего в состав вооруженных сил воюющих сторон и действующего в целях получения материального вознаграждения без полномочия государства, гражданином которого оно является. 

‎На момент 7 августа 2023 года сообщалось, что на территории Беларуси находится около 7 тысяч наемников печально известной военными преступлениями ЧВК «‎Вагнера». Доподлинно известно, что наемники организации за денежные выплаты участвуют в военных действиях на территории Сирии, Мали, Центральноафриканской Республики, а всеобщую «‎узнаваемость» обрели после участия в наступлениях на стороне российской армии в войне в Украине. Несмотря на вышеперечисленные факты, ни один из наемников не был подвергнут уголовному преследованию беларусскими правоохранительными органами. Напротив, беларусские силовики активно приглашают наемников к сотрудничеству

В то же время беларусские силовики и суды активно преследуют людей за желание воевать на стороне Вооруженных сил Украины (ВСУ) по статье 361-3 УК («‎участие на территории иностранного государства в вооруженном формировании или вооруженном конфликте, военных действиях, вербовка либо подготовка лиц к такому участию»). Статья 361-3 УК является фактическим аналогом статьи о наемничестве, отличающаяся лишь тем, что она может применяться только против граждан Беларуси и тех людей, которые не извлекали материальную выгоду из участия в войне. Так, 28 июля 2022 года Брестский областной суд приговорил местного жителя к 2,5 годам колонии общего режима за попытку присоединиться к Полку Калиновского (беларусское подразделение, входящее в состав ВСУ). Таким образом, власти осуществляют преследование лишь людей, изъявивших желание поучаствовать в войне в Украине на стороне ВСУ, в то же время полностью игнорируя людей, вооющих в данном конфликте на стороне России.

Сторонники власти дают интервью «‎экстремистским» медиа

Юрий Воскресенский, экс-соратник Виктора Бабарико, а ныне лояльный властям активист, регулярно дает комментарии независимому изданию «‎Zerkalo.io», признанному на территории Беларуси «‎экстремистским формированием». Силовики и суды регулярно преследуют людей за передачу информации, интервью, комментарии «‎экстремистским» ресурсами, а также за любую форму сотрудничества с таковыми по статье 361-4 УК («содействие экстремистской деятельности»), предусматривающую ответственность в виде лишения свободы до 7-ми лет.

В то же время во всех публикациях «‎Zerkalo.io», в которых фигурируют комментарии Воскресенского, содержится дисклеймер о том, что «‎Юрий Воскресенский отказался дать интервью “ресурсу, признанному экстремистским”, но согласился поговорить с журналисткой редакции как “с гражданином Беларуси”», так как «считает своим долгом дать необходимые разъяснения в пределах компетенции». 

Можно подумать, что такая ремарка и передача данных изданию через посредника помогает Воскресенскому оставаться в правовом поле, в связи с чем он и не подвергается уголовному преследованию. Однако в ситуациях, когда интервью дают уже оппонент_ки власти, силовики в любом случае считают такие действия преступлениями, даже несмотря на опосредованность передачи информации, например, даже если интервью было дано изданию без «‎экстремистского статуса», а впоследствии перепечатано «‎экстремистским» без согласия интервьюируемого. Так, в деле адвоката Александра Данилевича ему были предъявлены дополнительные обвинения в «‎содействии экстремизму» за то, что он дал интервью спортивному Telegram-каналу «О спорт! Ты — мир!», которое затем было просто перепечатано спортивным изданием «‎Трибуна», признанным «‎экстремистскими материалами».

Также силовики пытались обвинить правозащитницу Насту Лойка в даче интервью «‎экстремистскому» изданию «‎Еврорадио» – издание перепачатло пост Насты о себе в Facebook, однако силовики заявляли, что фактически пост все равно является интервью и может быть квалифицирован как преступление, так как могла иметь место «‎предварительная договоренность между лицом и представителем экстремистского формирования».

Данными тезисами мы не призываем привлечь Воскресенского к уголовной ответственности за интервью независимым изданиям, так как он всего лишь пользуется своими правом на высказывание мнения, а такие действия вовсе не должны быть криминализированы в национальных правовых системах. Мы лишь хотим продемонстрировать политику «‎двойных стандартов» в контексте применения правоохранителями и силовиками идентичных норм права сторонни_цами и противни_цами беларусских де-факто властей.

Высказывания пропагандиста Григория Азаренка

Один из наиболее одиозных беларусских пропагандистов Григорий Азаренок регулярно в эфире государственных телеканалов позволяет себе крайне резкие высказывания, полные унижений, оскорблений и некорректной лексики в отношении таких социальных групп как оппонент_ки власти, представитель_ницы гражданского общества, а также граждане недружественных режиму Лукашенко стран.

Сперва, выясняя, представляют ли высказывания Азаренка преступления по статье 130 УК («разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни») мы обратимся к национальным правовым стандартам. Так, ‎согласно положениям «‎Методических рекомендаций Следственного комитета по расследованию разжигания расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни», которые оказались в распоряжении Human Constanta, преступлением по статье 130 УК являются не только призывы к насилию против целевых групп, но ‎и «‎унижение представителей определенной расы, национальности, конфессии или социальной группы» или «‎распространение идей, взглядов, оценок или призывов, подрывающих доверие, уважение» к представитель_ницам той или иной группы.

Следовательно, можно сделать выводы, что высказывания пропагандиста точно являются «‎разжиганием национальной и иной социальной вражды» в соответствии с национальными стандартами расследования таких преступлений и должны подлежать уголовному преследованию в соответствии с ними. Важно заметить, что юристы Human Constanta считают данные национальные стандарты противоречащими международно-правовым стандартам права прав человека (подробнее об этом можно ознакомиться в нашем комментарии для проекта «‎Права на защиту»). Мы ссылаемся на них в данном материале, как и в случае с Воскресенским, исключительно для демонстрации политики «‎двойных стандартов» со стороны представитель_ниц режима.

Рассматривая высказывания Азаренка через призму международно-правовых стандартов в контексте того, должны ли они подлежать ограничению и уголовному преследованию, необходимо обратиться к Рабатскому плану действий по запрету пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию.

Данный документ является средством дополнительного толкования к Международному пакту о гражданских и политических правах 1966 года и предлагает тест из 6-ти частей, позволяющий определить высказывание подлежащие уголовному преследованию:

  • в отношении критерия «‎контекст» можно заключить, что высказывания производятся в момент поляризации беларусского общества и крайне напряженной социально-политической обстановки в стране; 
  • в отношении критерия «‎оратор» можно заключить, что оратор высказывания является публичной и узнаваемой личностью, лидером мнений среди сторонников власти; 
  • в отношении критерия «‎намерение» можно заключить, что оратор имеет прямой умысел разжечь вражду – в своих соцсетях Азаренок признавался: «‎Да, я испытываю острую неприязнь, переходящую в ненависть, презрение и омерзение к социальной группе, которую можно обозначить как “змагары, бэчебанутые, либералы, подзападники, предатели, ублюдки, скоты, мрази, сблев белорусского народа, конченые подлые твари”. Готов повторить это на любом суде. И распаливать эту ненависть на всех базарах»;
  • в отношении критерия «‎содержание и форма» можно заключить, что высказывания пропагандиста содержат прямые оскорбления и угрозы, являются эмоционально заряженными и крайне провокационными; 
  • в отношении критерия «‎степень публичности» можно заключить, что высказывания Азаренка транслируются в интернете и в эфире государственного телевидения, зрителями которого являются сотни тысяч людей;
  • в отношении «‎вероятность реализации призыва, включая неотвратимость» можно заключить, что высказывания могут спровоцировать активное действие против целевых групп;

Таким образом, высказывания Азаренка являются преступлениями и в соответствии с международно-правовыми стандартами, которые при этом предусматривают высокий порог для введения ограничений на свободу выражения мнения.

Представитель_ницы гражданского общества предпринимали попытки привлечь Азаренка и других пропагандистов к ответственности. Так, в конце января 2023 года гомельский активист, бывший политзаключенный Илья Миронов подал заявление в СК с требованием возбудить уголовное дело против пропагандиста Григория Азаренка за «‎разжигание социальной розни». По мнению активиста, пропагандист «‎совершил действия, направленные на возбуждение ненависти, вражды, а также унизил честь и достоинство группы людей по признакам принадлежности к определенной социальной группе» в видеоролике на телеканале СТВ под названием «Азаренок: шаг навстречу тем, кто хочет вернуться, — это сталинский шаг, это мощнейшая воля Лукашенко».

Также в начале февраля 2023 года Миронов обратился в Министерство информации с жалобой на провластный Telegram-канал «Желтые сливы», также известный распространением «‎языка вражды», на публикацию, которая сопровождалась оскорбительными комментариями в адрес активиста. Миронов просил в своей жалобе вынести предупреждение автору ресурса, который, по словам активиста, разжигает ненависть в обществе. В обоих случаях жалобы Миронова были отклонены.

В то же время статья 130 УК продолжает использоваться в качестве одного из самых популярных методов преследования людей, оставлявших критические комментарии в отношении представитель_ниц власти в социальных сетях, при этом во всех случаях порог ограничения такого мнения властями крайне низок: часто под преследования попадают непубличные люди, оставившие единичные комментарии в небольших чатах. Только за период апреля-июня 2023 года известно о минимум 10 приговорах и 52 новых делах за комментарии против власти по данной статье.. 

Некоторые случаи применения такой статьи доходят до абсурда. Так, 1 февраля 2023 года Минский городской суд приговорил местного жителя Глеба Гладковского к пяти годам лишения свободы за комментарий «Димон ту-ду-ту» под новостью о гибели сотрудника Комитета государственной безопасности (КГБ). Комментарий отсылает к музыкальному мотиву из фильма «Бумер», который часто используется в качестве мема. Также 12 августа 2022 года Гродненский областной суд приговорил бывшего сотрудника Министерства по чрезвычайным ситуациям Александра Курганского к 1,5 годам лишения свободы за лайк, который мужчина поставил под чужим критическим комментарием.

Государственные издания безнаказанно распространяют «‎экстремистские материалы» 

Статья 19.11 Кодекса об административных правонарушений стала по-настоящему «‎народной» статьей, использующейся для подавления распространения неугодной режиму информации – людей, которые пересылали или репостили «‎экстремистские материалы», регулярно наказывают штрафами и арестами. Только за апрель-июнь 2023 года по данной статье был осужден 721 человек.

Тем не менее, подобные меры не распространяются на должностных лиц госорганов или сотрудников государственных СМИ, которые допустили распространение таких материалов. Беларусы неоднократно замечали на сайтах государственных органов «экстремистские материалы» и обращались в правоохранительные органы с целью привлечь виновных к ответственности, однако, никаких наказаний в рамках законодательства об административных правонарушениях никогда не следовало. 

Изначально, профильные органы пытались проводить «разъяснительные беседы» о недопущении нарушения законодательства с провластными ресурсами, опубликовавшими «‎экстремистские» ссылки. Так, сотрудники Министерства информации провели «беседу» с редакцией государственного районного издания «Чырвоны прамень» по поводу публикации фотографии с логотипом «TUT.BY». Однако далее такая практика больше не применялась.

Так, например, «‎экстремизм» был обнаружен на сайте Витебской епархии и Витебской семинарии, а также Витебского облисполкома, однако во всех случаях ответственные за проведение проверок лица отвечали гражданам в формате «отписок» о том, что запрещенных материалов не таких сайтах вовсе не обнаружено, а все ссылки на запрещенные ресурсы являются неактивными.

Что нарушает такая практика «‎двойных стандартов» в отношении применения «‎антиэкстремистского законодательства»? 

Комитет по правам человека отмечал, что принцип недискриминации, наряду с равенством перед законом и правом на равную защиту закона без какой-либо дискриминации, является основополагающим и общим принципом, касающегося защиты прав человека. Данный принцип, являющийся обычной нормой международного права, в то же время закреплен во всех фундаментальных договорах о правах человека, а в некоторых специализированных международно-правовых договорах принцип является непосредственно объектом договора.

Так, пункт 1 статьи 2 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, участником которого является Беларусь, обязывает государства уважать и обеспечивать всем находящимся в пределах его территории и под его юрисдикцией лицам права, признаваемые в Пакте, без какого бы то ни было различия, как-то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических и иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, рождения или иного обстоятельства.

Статья 26 Пакта, дополняющая статью 2 в контексте обязательств государств в отношении их законодательства и его применения, устанавливает, что все люди равны перед законом и имеют право без всякой дискриминации на равную защиту закона. Дискриминация должна быть запрещена законом, а закон должен гарантировать всем лицам равную и эффективную защиту против дискриминации по какому бы то ни было признаку. Аналогичные нормы также закреплены в статьях 2 и 7 Всеобщей декларации о правах человека.

Данные нормы международного права имплементированы в национальные правовые системы, вероятно, всех государств в мире, в том числе Беларуси. Так, статья 22 Конституции Республики Беларусь закрепляет, что «‎все равны перед законом и имеют право без всякой дискриминации на равную защиту прав и законных интересов». УК и КоАП также закрепляют принципы равенства всех перед законом. В то же время Комитет по правам человека ООН в Замечаниях общего порядка № 18 — «‎Недискриминация» упоминает, что несмотря на наличие норм о равенстве в конституциях и законов о равных возможностях в большинстве государств, необходимо также анализировать проблемы фактической дискриминации на практике, которая может осуществляться государственными органами и другими субъектами.

Тот факт, что «‎антиэкстремистское» законодательство в Беларуси на практике используется исключительно для преследования оппонент_ок власти, в то время как попытки привлечь сторонников власти к ответственности игнорируются правоохранительными органами, является дискриминацией на основании политических убеждений, что нарушает как фундаментальные международные, так и беларусские национальные правовые стандарты. 

Стоит добавить, что в беларусском правовой системе за нарушение данных стандартов предусмотрена уголовная ответственность по статье 190 УК («нарушение равноправия граждан»), которая предусматривает наказание до 2 лет лишения свободы и которая, в числе прочих преступлений представителей режима, в теории должна быть инкриминирована силовикам и судьям, осуществляющих дискриминационное правоприменение. К сожалению, на данный момент эта статья также используется в репрессивных целях, однако в будущем, после наступления общей демократизации в Беларуси, она может стать одним из инструментов для привлечения к ответственности представителей режима, подозреваемых в нарушениях прав человека.

ПОХОЖИЕ НОВОСТИ

«Экстремизм» на фоне войны – обзор борьбы с «экстремизмом» в Беларуси за январь-март 2022

В период с января по март 2022 года использование антиэкстремистского законодательства для подавления инакомыслия продолжало набирать обороты/ Подробнее в нашем обзоре.
Лаборатория цифровых свобод

VPN окошко цифровой свободы и безопасности: можно ли его заблокировать?

Почему эта технология до сих пор остается одним из самых безопасных способов читать запрещенную и заблокированную в стране информацию

Дасягненні для правоў чалавека ў 2022

Мы вырашылі зрабіць падборку натхняльных падзеяў гэтага года, калі вынікі барацьбы за правы чалавека можна заўважыць, дзе індывідуальныя і калектыўныя дзеянні дапамаглі дамагчыся павагі чалавечай годнасці, свабоды, роўнасці і справядлівасці. А ў канцы артыкула можна знайсці і спампаваць віншавальныя паштоўкі, якія мы падрыхтавалі да Дня правоў чалавека!
Лаборатория цифровых свобод

Как и зачем государства перемещаются в метавселенную и нужно ли это новой Беларуси

Может ли метавселенная спасти от цифрового авторитаризма? Разобраться в этом вопросе нам помогла Анастасия Жирмонт, региональная координаторка по связям с общественностью в Восточной Европе и Центральной Азии организации Access Now, которая занимается защитой и расширением цифровых прав пользователь_ниц по всему миру.
Лаборатория цифровых свобод

Как технологии, созданные с благой целью, превращаются в инструмент слежки за людьми и причём тут ответственность бизнеса

Как бизнесы могут понести ответственность за нарушение прав человека.
Антидискриминация

Европейский суд признал насилие над женщинами основанием для предоставления убежища, а женщин — отдельной социальной группой

Женщин в целом можно рассматривать как принадлежащих к социальной группе и, следовательно, имеющих право на убежище, если они подверглись домашнему или сексуальному насилию.